Category: медицина

Category was added automatically. Read all entries about "медицина".

care

(no subject)


 

Евгения Бильченко
БЖ. Кто я?


Я – мальчик.
Я сплю, свернувшись в гробу калачиком.
Мне снится футбол. В моей голове – Калашников.
Не вовремя мне, братишки, пришлось расслабиться!
Жаль, девочка-врач в халатике не спасла меня…

Я – девочка-врач.
Я в шею смертельно ранена.
В моём городке по небу летят журавлики
И глушат Wi-Fi, чтоб мама моя не видела,
Как я со своим любимым прощаюсь в Твиттере…

Я – мама.
О фартук вытерев руки мыльные,
Звоню на войну я сыночке по мобильному.
Дитя не берёт! Приедет, − огрею веником!
«Его отпевают», − слышу ответ священника…

Я – батюшка.
Я собор свой открыл под госпиталь
И сам в нём служу медбратом, помилуй Господи!
Слова для души, что чреву – пуд каши гречневой:
За это крестил поэта я, пусть и грешен он...

Я – просто поэт.
Я тоже стою под пулями.
Кишка, хоть тонка, как лирика Ахмадулиной,
Но всё ж не настолько, чтобы бояться красного:
Нужнее стихов сегодня – мешки с лекарствами…

Я – старый аптекарь.
Мне бы – давно на пенсию:
Сидеть и блаженно пялиться в ящик с песнями.
Но кончились бинт, и вата, и маски вроде бы:
Начальник, пришли термальной воды для Родины!

Я – Родина.
Я ребёнок − и сплю калачиком.
Назначенный государством, ко мне палач идёт,
Из недр моих вырыв мрамор себе на логово:
Налоговой сдал налог он, но Богу – Богово.

Я – Бог.
И я тоже − Папа. Сынок Мой Ласковый
У дауна в классе детский отнял Калашников.
Сказал, мол: «Ни-ни!» − и прыгнул без парашютика…

Спи, золотко.
Спи, Мой Мальчик.

Я Воскрешу Тебя.

21 февраля 2014 г.

 
care

(no subject)



По сообщению Ольги Богомолец, которая с первых дней — в числе главных медиков Майдана, за сегодня на текущий момент трое протестующих убиты (огнестрельные ранения в сердце и голову), семеро при смерти, сотни раненых. Много черепно-мозговых травм, потому что силовики и титушки вооружены в том числе арматурой и молотками и бьют прямо по голове.

Помолитесь за нас, пожелайте нам мира...
 
care

(no subject)


Помнится, христианство никогда не считало кастрацию спасением от болезни межличностных отношений. Поди, отрезав себе что-то, цело-мудренным не станешь.

Странно, как это порой мы не видим того же на более глубоком уровне. Кажется, что легче всего лечить по принципу «нет пациента — нет проблемы». Вжик — и нет ума, значит ничего и не болит. Вжик — нет сердца, можно ничего такого-эдакого не бояться. Вжик — вот уже и волю можно не лечить. Collapse )
care

(no subject)


Нас стоит предостерегать от зла в том числе и ради спасения того, чем зло может нас привлекать. Если что-то, по стечению обстоятельств или злому умыслу, стало приманкой зла, оно само по себе не теряет ни красоты своей, ни нравственной доблести.

Если по дороге к пропасти выросли прекрасные цветы, это не делает ни дорогу менее гибельной, ни цветы менее прекрасными.

Нас стоит побуждать к добру в том числе и ради избавления от того, чем добро может отвращать нас. Если что-то, по стечению обстоятельств или злому умыслу, стало пятном на добре, оно само по себе не теряет ни уродства своего, ни нравственного изъяна.

Если по дороге к прекрасному месту кто-то набросал мусора, это не делает ни дорогу менее ценной, ни мусор менее непотребным.

Самый лёгкий и убийственный по своим результатам способ обличать зло — это осуждать всё то, чем зло может привлечь человека. Так человек остаётся в безжизненной пустыне, а в потаённый фундамент его подсознания полагается чувство, что всё доброе основано на якобы лечебной лжи, что власть добра держится за счёт отключения цвета, красок и звуков мира.

Самый лёгкий и убийственный по своим результатам способ защищать добро — это славить всё то, что приросло к добру лишнего, мешающего, паразитирующего. Так человека принуждают жить в обществе теней и уродцев, а в потаённый фундамент его подсознания полагается чувство, что мир добра это вечная ясельная группа или огромный дом престарелых — всё одно, это мир, в котором всегда сюсюкают, в котором всё время нужно спать, в котором слюна, текущая по подбородку — это на самом деле прекрасно, это критерий прекрасного.

Казалось бы, самый простой способ отвратить от супружеской измены или от фарша беспорядочных сношений — это назвать женщину сосудом дьявола или голое человеческое тело — орудием зла. Казалось бы, самый простой способ приучить к общению с высшим — это объявить занудный транс идеалом безопасного существования.

И вот придёт Жених в полуночи, и мы выведем к нему невесту, связанною по рукам и ногам, побитую и обколотую всякой дрянью, с заплывшими глазами, не стоящую на ногах, оглохшую, с отбитыми желаниями — выведем и скажем радостно, восторженно: «Вот, Господи, мы её сохранили! Теперь она уже не сбежит!»
care

(no subject)


Как знать, сколько мы делаем в мире только для того, чтобы почувствовать, что мы есть. Что мы не падающая в пустоту пустота, но от нас расходятся круги. Collapse )